Курсант
Страница 16

Неожиданно перед его внутренним взором, будто на объемном экране домашнего театра возник образ мчащейся на него кучи безобразных тел и содрогнулся от ужаса. Его товарищи в темном тоннеле в данный момент яростно рубятся с превосходящим по численности врагом, а он здесь – занят пустыми разговорами с одним окончательно испорченным эгоистом. Феллад хотел, было возмутиться и высказать Протию все, что он думает по поводу захвата и пленения разумного существа, но не успел – мыслящий гриб первым обратился к нему:

– Зря ты так беспокоишься. Наша беседа, сколько бы она ни продлилась, займет в реальном времени не более одной стотысячной секунды, поэтому ты всегда успеешь вернуться к началу битвы и помочь своим товарищам.

Феллад как-то сразу поверил словам Протия, поскольку не видел никаких причин для того, чтобы разумный гриб попытался ввести его в заблуждение. Эта новость, несомненно, прибавила ему оптимизма и значительно повысила настроение – он хоть и пребывает в беспомощном состоянии, но его, определенно, не собираются использовать в гастрономических или каких других утилитарных целях, даже недвусмысленно намекают на реальную возможность вернуться обратно в собственное тело.

– Хорошо, – согласился Феллад, – давай поговорим. Как я понимаю, тебя не интересует какая-то определенная информация, поскольку все то, что ты мог бы от меня узнать, ты уже узнал, вывернув мое сознание наизнанку.

– А ты вовсе не дурак, хоть по своей сути – существо примитивное и неполноценное.

– Спасибо за комплимент, ты мне также симпатичен, – не растерялся молодой человек. – Вообще-то, меня Фелладом кличут – это на тот случай если тебе надоест, наконец, называть меня «букашкой», «существом примитивным и неполноценным» и прочими обидными словечками.

– Эвон оно как, обижаемся, значит? А чего обижаться-то? Вас же не смущает то, что разумные деревья умнее людей.

– Во-первых, не корректно сравнивать интеллект отдельного человека и коллективного разума братьев-Деревьев, а во-вторых, если они даже и умнее, никогда не кичатся своим превосходством и не обзывают нас жалкими людишками или земляными червями, в отличие от некоторых индивидуумов с излишне раздутым самомнением.

– Интересно, букашка, а умеет обижаться, – то ли для себя, то ли для того, чтобы посильнее уязвить собеседника, заметил Протий.

Феллад на эту обидную реплику никак не отреагировал, последовав совету одного древнего мудреца: «Хвалу и клевету приемли равнодушно», и спокойно ждал, когда же, наконец, этот надутый индюк перейдет непосредственно к сути дела, для которого оторвал его от весьма ответственного занятия.

Видя, что его подковырки и явные издевки не достигают цели, Протий прекратил «метать стрелы остроумия».

– Видишь ли, Феллад. – Молодой человек с удовлетворением отметил, что его все-таки удостоили чести назвать по имени, а не каким-нибудь оскорбительным эпитетом. – Дело в том, что в какой-то степени своей мудростью я обязан вам – людям. Давным-давно, может быть, семь, а может быть, и все восемь тысяч оборотов нашей планеты вокруг светила, когда я был еще слабым налетом плесени на поверхности полусгнившего пня, неподалеку расположилась парочка твоих собратьев. По всей видимости, они никуда особенно не торопились: сидели у костра, чем-то перекусывали и, что весьма для меня важно, играли в шахматы. После этого случая я больше никогда не видел, чтобы кто-то из людей играл в эту игру – общение с мыслящими деревьями настолько изменило менталитет человека, что он потерял интерес к шахматам как к древнейшему искусству. Жаль, весьма жаль. Однако не затем я пригласил тебя к себе в гости, чтобы сетовать или, как говорите вы – люди: «рвать остатки волос на плешивой макушке», и вовсе не для того, чтобы предложить тебе сразиться со мной в шахматы, поскольку, чтобы сыграть тысячу партий, мне не нужен партнер. На протяжении многих тысячелетий я только тем и занимался, что резался в них сам с собой. За это время я полностью постиг все секреты классического варианта, разработал теорию трех, четырех и пяти мерных шахмат. Ты даже представить не можешь, насколько меняется тактика и стратегия этой чудесной игры с увеличением координатной мерности шахматной доски, какими новыми возможностями приходится наделять фигуры, чтобы создать условия… – Протий осекся и, помолчав немного, продолжил: – Прости, увлекся малость – невозможно объяснить слепому, что такое свет. Короче говоря, шахматы сделали меня одним из самых разумных существ во вселенной, – резюмировал мыслящий гриб и о чем-то молча задумался.

Страницы: 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Другие статьи:

Летний сад
Лето – самое жаркое время года. Температура воздуха достигает высокой отметки, растения поражаются вредителями, и начинается плодоношение большинства культур. ...

РАЗБИВКА ОГОРОДА
Узкие грады на естественной почве – самый простой, самый доступный и самый распространенный в России вариант овощеводства по методу Митлайдера. Он требует минимального вложения средств и минимальн ...