ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ИЗ ОСЕНИ
Страница 1

Слово свое массаона сдержал: Кенет и Наоки выбрались из Каэна незамеченными. После недолгого прощания Наоки развернулся и зашагал в сторону Поречья, а Кенет направился в ближайший лес, и рассвет застиг его уже на опушке.

Утро выдалось прекрасное, и печалился Кенет недолго. Прощание с Наоки и массаоной тронуло его меньше, чем разлука с Аканэ. Возможно, он уже начал привыкать к расставаниям. А может, дело в том, что Наоки был ему просто другом, а Аканэ – и другом, и старшим братом, и в каком-то смысле вторым отцом. Да и времени тосковать у Кенета не было. Думать приходилось совсем об ином.

Кенету прежде никогда не доводилось бывать в горах. По его понятиям, горы – это громадные стены из сплошного камня, совершенно отвесные и неприступные. На вершинах этих остроконечных каменных монолитов лежит лед и снег, а на их поверхности, разумеется, ничегошеньки не растет. Как в таких условиях ухитряются выжить люди – да не просто выжить, а обитать там постоянно, поколение за поколением, – Кенет не знал и не понимал, но в реальности существования горцев не сомневался: мало ли чудес на свете? Может, горцы в состоянии ходить по отвесным стенам и питаться обледеневшим гранитом? Но он, Кенет, не горец и, даже проглотив камень, переварить его не сумеет, а припасов у него с собой никаких. Только то, что при себе: деревянный меч в ножнах, маленький привесной кошелек с жалкой мелочью да три томика легенд. Конечно, драгоценный пергамент с уставом у него с собой, да вот только уставом не закусишь и дорожную сумку из него не сошьешь. Дорожную сумку пришлось оставить на постоялом дворе, а с ней и кошелек, еще Аканэ подаренный, и почти все деньги и припасы. Даже посох Кенет, удирая из Каэна, не смог прихватить.

При воспоминании о посохе Кенет слегка смутился. Представить только, каким мальчишкой он был год назад, с гордостью нанося на только что неизвестно зачем купленный посох знак «исполнение»!

Когда утренний туман окончательно рассеялся и трава просохла от недавней росы, Кенет разложил перед собой все свое имущество и принялся размышлять. Деньги… ничтожная их часть – ну да они не скоро и понадобятся… гребень… игла – это хорошо… кисть и подаренная массаоной дорожная тушечница… книги в кожаных переплетах – а вот это просто замечательно… что ж, могло быть и хуже.

Кенет вновь собрал кое-как свои пожитки и пошел в глубь леса в поисках сколько-нибудь подходящей ягодной или грибной полянки. Вскоре ему попалось и то, и другое. Набрав побольше грибов и ягод, Кенет разложил ягоды сушиться на солнышке, наткнул грибы на тонкие веточки кустов и деревьев, а сам тем временем занялся изготовлением дорожной сумки.

Содрать с новехоньких переплетов кожу, не повредив ее, без помощи ножа не так легко, как кажется на первый взгляд, но для человека умелого и не столь уж трудно. Заколкой можно протыкать кожу, а крепкую ручку кисти осторожно просунуть в отверстие и отделить с ее помощью кожу от переплета. Через некоторое время Кенету удалось распотрошить все три томика, не повредив ни кожу, ни собственно книг. Пошел он на это с величайшей неохотой. Крестьянину не так просто выучиться грамоте – времени у него куда меньше, чем у городского жителя, да и учиться чаще всего не у кого. Но уж коль скоро земледельцу посчастливилось овладеть тайнами чтения и письма, к книгам он относится с почти суеверным почтением. Тем более что и книги-то ему в диковинку: в кои веки раз в год, в два, заезжий торговец прихватит с собой в деревенское захолустье десяток-другой книг для всех покупателей, сколько их есть. Каэнские книжные ряды Кенета просто ошеломили: он отродясь не видывал столько книг разом и даже не подозревал, что книг на свете так много. Собственные деяния казались ему почти святотатством, но надо было думать о том, чтобы остаться в живых. А уж если он жив останется, то при первой же возможности переплеты починит. И все же, несмотря ни на какие самоуговоры, Кенет взялся за дело с нелегким сердцем – так, словно кожу сдирать ему предстояло не с книг, а с живых людей. Убедившись, что сами книги при этом не пострадали, Кенет испытал некоторое облегчение. Он бережно укутал три оголенных томика собственной рубашкой и принялся мастерить себе сумку.

Работа подвигалась медленно. Чтобы не сломать иглу, Кенет сначала проделал заколкой множество дырочек по краям переплетов, а потом и вовсе спрятал иглу, сообразив, что она ему сейчас не пригодится: нитки остались в Каэне в дорожной сумке. Подходящую для шитья траву он нашел быстро, зато когда он собрал должное ее количество, ладони его горели, кожа на них покраснела и вспухла. Кое-как Кенет отделил крепкие волокнистые стебли от листьев, отгрыз корни и принялся сшивать бывшие переплеты, продевая стебли в проделанные заколкой отверстия.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Другие статьи:

Вред пестицидов для человека
В настоящее время известно более 1000 действующих веществ (а их пре­паратов более 5000), предназначенных для борьбы с вредными насекомыми (инсектициды), сорняками (гербициды), грибковы­ми ...

Введение
Из года в год увеличивается число садоводов-любителей. Среди них основную массу составляют городские жители, недавно купившие дачный участок или переехавшие в деревню и желающие с пользой провести ...