Дочь своей матери
Страница 8

— Я думала, что заслуживаю подобное отношение. Хотя примириться было очень нелегко. После больницы я сильно изменилась. Я вела себя так, словно хотела доказать всему миру, что отец был все-таки прав и я никогда не любила его. И вообще никогда никого не любила. Церковь я просто возненавидела. Себе я объясняла это тем, что, не будь моя мать столь религиозна, в тот проклятый день она сидела бы дома, а не потащилась бы за тридевять земель на службу. И может, тогда ничего бы не произошло. Но она не осталась дома. Она не помогла ему. И не помогла мне. Но истинной причиной было то, что церковь отняла ее у меня, а я все-таки была еще ребенкоми очень нуждалась в материнской любви. И в то же время вела я себя так, словно мне никто не нужен. Ни она, ни ее Бог. Конечно же, и я была ей необходима так же, как и она мне, но отец убил себя таким образом, словно хотел наказать персонально меня, и я мало заботилась о том, что нужно матери. Думаю, я просто боялась, что, если позволю себе полюбить ее или хотя бы стану вести себя так, словно люблю ее, она тоже убьет себя. Наверное, в ее озлобленности была и моя вина. Когда она заболела раком, это почему-то никого не удивило.

Линден попыталась обнять себя за плечи, чтобы унять дрожь, вызванную воспоминаниями, но правая рука вновь не послушалась. Теперь, когда она подошла к болезни матери, у нее самой заныло все тело. Она попыталась настроиться на суровую отрешенность, с которой рассказывала Ковенанту о смерти отца, но боль стала слишком явной, чтобы от нее можно было отрешиться. Легкие спазматически сжимались, словно у Линден вот-вот начнется приступ удушья. Ковенант смотрел на нее с ужасом.

— Ее можно было вылечить простым оперативным вмешательством. Если бы это сделали вовремя. Но врачи слишком долго не принимали ее жалобы всерьез. Она была слишком мнительна и слишком много плакала. Синдром вдовы. И к тому времени, когда они все-таки решились на операцию, было уже поздно: меланома дала метастазы. И врачам ничего не оставалось, как лгать, что все в порядке. Они лгали ей до последней минуты.

При воспоминании о том последнем месяце у Линден вырвался судорожный вздох, словно эхо тяжелого дыхания матери. Она без движения лежала на больничной койке, будто единственное, что в ней еще жило, были ее голос и дыхание. Ее тяжелое, заплывшее жиром тело казалось лишенной костей глыбой мяса. Руки бессильно лежали поверх одеяла. И каждый вздох был свистящей, мучительной мольбой о смерти. Единственное, что ей еще удавалось делать, так это бесконечно перечислять грехи дочери. Нет, она не пыталась таким образом вернуть Линден в лоно церкви — наоборот, в порицании, посрамлении грешницы находила она свою единственную опору. Только так могла она доказать собственную невиновность и благонравие, только так могла заслужить любовь Господа.

— Это случилось тоже летом. — Воспоминания овладели Линден целиком. Она уже не чувствовала плавно покачивающейся палубы корабля Великанов, не видела серого, затянутого сумрачными облаками неба. — Наступили каникулы. И у меня не оказалось никаких других занятий. А она все-таки была моей матерью. — Слова не могли передать всю глубину отчаяния пятнадцатилетнего подростка. — Она была единственным, что у меня осталось. Члены общины кормили меня и давали приют на ночь, но дни я посвящала ей. Потому что мне некуда было больше идти. И я сидела там день за днем, слушая стоны и плаксивые жалобы на то, что во всем виновата я одна. Доктора и медсестры давно махнули на нее рукой. Они давали ей какие-то лекарства, кислород и дважды в день мыли. Но это делалось только для проформы: на самом деле они уже ее списали. С ней осталась я одна. Слушать ее обвинения. Это было для нее единственным способом самооправдания. Хотя сестры знали, что я не смогу помочь, если что, но им не хотелось возиться с ней, и большую часть своей работы они переложили на меня. Мне выдали кучу ваты и бинтов, показали, как мыть больную. Как промокать пот. Как вытирать мокроту, выступавшую на губах от кашля. Я не должна была оставлять ее ни на минуту. Она худела на глазах, лицо осунулось и напоминало череп. А дыхание… Заполнившая плевральную полость жидкость разлагалась в ней. От одного запаха мне становилось плохо. — Эта вонь была сравнима лишь со смрадом изо рта того старика, которого она спасла по дороге в Небесной ферме. — Сестры приносили еду и мне, но я не могла есть и большую часть кормежки спускала в унитаз.

Страницы: 3 4 5 6 7 8 9 10

Другие статьи:

Ягоды
Ягодные растения обладают многочисленными целебными свойствами, так как содержат в себе множество биологически активных веществ: витамины, минералы, микроэлементы, химические вещества, белки, амин ...

Реклама
Появление новых электронных средств информации – просто очередная стадия в естественной цепи событий. Со времени, когда строители египетских пирамид начали «подписывать» каменные б ...